Свободный мыслитель
Недавно прочитал книгу Б. Акунина «Самый страшный злодей и другие сюжеты» (М.: АСТ, 2013, 256 стр.), представляющую собой бумажный вариант блога, который сей автор ведёт в ЖЖ с 2010 года (borisakunin.livejournal.com). В конце книги Акунин приводит результаты нескольких «голосовалок», которые он устраивал в этом блоге. В одной из них мне даже захотелось поучаствовать в том смысле, что я задумался: а как бы я ответил на поставленный вопрос?

Вопрос же был о Том Свете.

«Я составил реестр основных версий посмертного (не)существования, - пишет Акунин.- Если что-то упустил, допишите в комментах.
<…>
То есть вопрос, собственно, звучит так:
Что вероятнее всего ожидает вас (лично вас) после смерти?» (стр. 222 – 223).

Всего в опросе приняло участие 6064 человека. Результаты голосования были следующими:
- Будет встреча с Богом, Который определит участь моей души – 11,1%
- Я снова появлюсь на Земле в каком-то другом теле – 11,8%
- Я окажусь в ином измерении или иной галактике – 6,7%
- Не будет ничего – 34,2%
- Что-то наверняка будет, но предполагать не берусь – 26,5%
- Я проснусь – 3,1%
- Даже думать об этом не желаю – 2,1%
- Другой вариант – 4,5%

При знакомстве с этими результатами мне прежде всего бросилось в глаза, что разные варианты ответа, предлагаемые Акуниным, не исключают друг друга. Например, я могу проснуться и увидеть себя снова на Земле в каком-то другом теле. Или: я окажусь в ином измерении и там встречусь с Богом, Который определит участь моей души. Поэтому я, скорее всего, проголосовал бы за «Другой вариант», а сам этот вариант описал бы в комментах примерно следующим образом.

«После смерти» – понятие растяжимое. Люди на земле умирают на протяжении уже 160 000 лет, и это обстоятельство вселяет в меня уверенность в том, что и после моей смерти не наступит сразу же вечность (бесконечно длящееся настоящее), а будет ещё существовать какое-то время, подобное тому, которое я переживаю сейчас. И моё существование в этом времени будет таким же (ну, или почти таким же) нестабильным, как и моя жизнь до смерти. Поэтому моё посмертное бытие не может быть сведено к одному из тех состояний, которые перечисляет Акунин в качестве вариантов для голосования: оно будет не состоянием, а процессом – сложным и динамичным. Если всё же попытаться как-то предельно кратко этот процесс описать, то наиболее вероятной мне представляется загробная жизнь, подобная той, что была описана К. С. Льюисом в притче «Расторжение брака» (см. запись от 10/X-2008).

Конечно, этот вариант не исключает «Встречи с Богом», «Появления в ином измерении» и «Просыпания», но поскольку и сами эти варианты не исключают друг друга, то я счёл возможным выделить его в особую «версию (не)существования», Акуиниым предположительно упущенную.